Генеалогия Молдовы,Бессарабии,Приднестровья

ВСЕ О БЕССАРАБИИ

Церковь в Бессарабии

Католическая церковь

краткая история*храмы*церковные организации*биографии*библиография

______________________________________________________________________________________________________

Храмы и приходы католической церкви в Бессарабии

 

Кишинев

Утверждение кишиневского прихода Каменецким епископом и соответственно определение его территории в соответствии с имеющимися источниками целесообразно отнести к 1814 году. Это было время послевоенной неустроенности жизни в Бессарабии, эмиграции части населения за Прут и большого наплыва стихийных переселенцев. Несомненно, эти явления отражались и на деятельности церковных учреждений. В 1814 году в связи с переселением колонистов католического исповедания и созданием в Буджаке католической колонии Красна , в ней был создан приход. Католики проживали по всей территории Бессарабии достаточно некомпактно, на севере существовал древний приход Хотин, на юге - в колонии Красна. Стремление к упорядоченности и удобству окормления паствы заставило учредить приход в центре области.

Анализ переписки австрийского консула с Молдо-Влахийским экзархом митрополитом Молдавским Гавриилом Бэнулеску-Бодони, относящейся к периоду с 20 июля по 18 сентября 1811 г. , позволяет сделать вывод об отсутствии в Кишинэу католического прихода в этот период. В своих письмах австрийский консул, по просьбе кишиневских католиков, ходатайствует о разрешении экзарха, в юрисдикции которого находились православная Бессарабия, на выделение в городе земли под католическое кладбище. Владыка Гавриил отказался удовлетворить ходатайство консула, мотивируя свой отказ отсутствием в Кишинэу католического прихода. Однако на плане города 1817 года, выполненном областным землемером и архитектором М. С. Озмидовым (1782-1826), среди других показано место уже действовавшего католического кладбища . Это говорит о существовании католической общины в городе. Согласно архивным источникам, католический священник в городе был уже в 1815 г., и это было обусловлено рядом причин - прежде всего, заботой епископа Мацкевича о своих верующих. Для пастырского служения в Кишинэу он назначил отца Станислава Виницкого , который и прослужил здесь по 1817 г. Потребность в пастыре была велика. В городе находился военный гарнизон и войска, прибывали переселенцы и чиновники, среди которых были католики, требующие окормления. Необходимость в присутствии священника определялась также и порядком принятия клятвы и присяги при поступлении на государственную службу, в судах и войсках. Они принимались священниками по вероисповедному признаку.

Д. Толстой утверждает, что «в 1818 году только два прихода этой области, кишиневский и хотинский, поручены были государем надзору Каменецкого епископа, а в южный край области назначен митрополитом особый визитатор» . Из данного текста следует, что в этот период в Кишинэу уже существовал приход. Подтверждением служит запись о хранившихся в архиве прихода документах. Это прошнурованная книга для регистрации пожертвований, собираемых на строительство церкви, выданная по распоряжению епископа Б. Мацкевича в 1819 г., книга пастырских распоряжений и других официальных писем из Каменецкой римско-католической консистории, поступивших в 1819 , сохранившаяся опись метрических книг, в которой указывается книга о умерших за 1819-1875 . Приход очень быстро развивался. Достаточно сказать, что в 1897 г. количество верующих только в Кишинэу достигло 3841 человек . Причиной такого быстрого развития католической общины в Кишинэу и увеличения ее количественного состава стало изменение статуса города и особое внимание к его развитию. В начале ХIХ века Кишинэу, по настоянию митрополита Г.Бэнулеску-Бодони, становится административным, а со временем политическим и коммерческим центром Бессарабии. Развитие ремесленного, мануфактурного производства и торговли в короткий срок увеличили количество населения. Преследуя определенные геополитические планы на Балканах, Россия энергично благоустраивала пограничную Бессарабию, интенсивно заселяла ее. Переселившемуся населению предоставлялись налоговые и иные льготы. Все торговые льготы распространялись и на иностранных купцов, приписанных к Кишинэу и другим городам области. Административно-управленческие изменения (1813, 1818, 1828 гг.), создание купеческих гильдий и ремесленных цехов, значительная по началу мелкая торговля, усиление экономических связей Бессарабии с другими регионами России способствовали увеличению численности ее населения. Широкие демографические процессы первой половины ХIХ в., целенаправленная правительственная переселенческая политика, народные миграции, приток населения из внутренних губерний России и из-за рубежа отразились на росте числа горожан. К 1861 году столица области из бывшего небольшого владения православных монастырей превратилась в город, входивший в число крупных центров России. 

Количество кишиневских горожан росло за счет стихийных переселенцев из разных сословий Подольской, Херсонской, внутренних губерний России, городов Одессы, Николаева, Хотина, Бендер, Измаила . Национальную пестроту населения Кишинэу обусловило интенсивное заселение Бессарабии выходцами из западных губерний России, территорий разделенной Речи Посполитой, австрийских владений, Германских государств, Балканского полуострова. Это была смесь Востока и Запада, в начале с преобладанием Востока.В первой половине ХIХ века, города Бессарабии отличало этническое, конфессиональное и культурное многообразие, что отмечали многие путешественники. Интересную зарисовку по этому поводу оставил известный польский писатель и историк Иосиф Крашевский, посетивший Кишинэу в августе 1843 года. И. Крашевского удивляет и город, и его жители, многое путешественнику не нравится. Он иронически пишет о новых постройках, не вызывает восторга у него и архитектура римско-католической церкви. По всей видимости, писатель предполагал увидеть чисто восточный город, а наблюдал странное смешение стилей и образов жизни. Надписи на уличных вывесках были на французском, польском, русском, немецком и армянском языках. «В гостинице, где мы остановились, – пишет автор, – я встретил польскую надпись, торговец, как и у нас, был еврей, нанятый извозчик оказался родом из Вильно, хозяин дома носил итальянскую фамилию» . 

В Кишинэу, где немцы селились компактно, появилась улица под названием Немецкая. Поляки, немцы, итальянцы, французы, австрийцы и армяне – таков был национальный состав прихода. Преобладающее большинство составляли поляки, происходившие из польских земель, Подольской, Виленской и других западных губерний России. И. Крашевский, цитируя немецкого путешественника И. Коля, побывавшего в Кишинэу в 1838 г., сообщает, что католиков в городе 800 человек, часть из них немцы, а остальные поляки. В связи с этим показателен тот факт, что в часовне, действующей до постройки храма, находилась икона с надписью на немецком языке «Maria Hilf», а во время воскресных богослужений Евангелие читалось не только на польском, но и немецком языках . Роль столичного кишиневскому приходу была определена уже в момент его создания. В условиях развивающейся Бессарабии эта роль обеспечивала ему постоянное увеличение паствы и влиятельность. В Кишинэу были размещены центральные органы управления - в начале области, а потом губернии. Здесь находились административные органы уездного городского самоуправления. Жизнь столицы требовала большого количества образованных чиновников, а практические потребности заставляли принимать на государственную службу и католиков разных национальностей. Среди членов кишиневского прихода в основном были чиновники, учителя, врачи, юристы, землевладельцы, арендаторы и ремесленники . Подняться по карьерной лестнице могли и те из католиков, кто отслужил определенное время в русской армии. Когда в 1834 г. в делопроизводстве Бессарабии было прекращено использование румынского языка, знание русского языка и хорошее образование позволяли польским дворянам из Подольской губернии находить в Кишиневе места на государственной службе. 

Особенностью кишиневского прихода было его расположение в центре области и обширность занимаемой территории. Приход охватывал три уезда – Орхей (в 1835 г. разделился на два уезда – Орхей и Кишинэу), Яссы (в 1835 г. разделился на два уезда – Яссы (Бэлць и Сорока) и Бендер . Присоединение к кишиневскому приходу такого большого количества населенных пунктов объяснялось, прежде всего, удобством для верующих. Проживающим в данных уездах было удобнее посещать священника в Кишинэу, чем в Хотине или в колониях Красна и Сарата . Определялось это и, несомненно, количеством верующих. Конечно, такая структура предполагала создание со временем филиалов и развитие их в самостоятельные приходы. Впоследствии так и происходило, несмотря на различные законодательные препоны, в конце 30 годов ХХ века на этих территориях уже действовали пять приходов – Кишинэу, Бэлць, Сорока, Орхей и Бендер, из 10 входивших в Бессарабский деканат .

Кишиневский приход в эти годы отличался еще и тем, что на его территории находилось определенное количество, непостоянно проживающих католиков из военнослужащих и купцов. Они являлись часто меняющимся населением. Прежде всего, это верующие католического исповедания, в большинстве своем поляки по национальности, служившие в войсках, рекрутированных в западных губерниях. В тридцатые годы, когда царем Николаем I на подвластной России территории Польши были введены в действие все законы империи, в Бессарабии и других окраинах государства стали расквартировывать войска, набранные в Польше. В результате количество католиков из числа военнослужащих увеличивалось. Среди старших офицеров, кроме поляков, католиками были представители и других национальностей . Верующие из войск, расквартированных в Кишиневе, имели возможность посещать богослужения в городе. Других же священник окормлял, регулярно разъезжая по приходу. Известно, что до реформы 60-х годов, войска в империи размещались в соответствии с постойной повинностью населения. Однако, как в церковных, так и в государственных источниках количество военнослужащих-католиков не указывалось, данный факт аргументировался непостоянным пребыванием их в одной местности. Вот как писал в своем рапорте от 12 апреля 1836 г. кишиневский полицмейстер: «… имею честь донести: 1. в одном только областном городе Кишиневе имеется наличных различного состояния более тысячи душ римско-католического исповедания, исключая военных чинов, числа коих определить невозможно, по случаю непостоянного их здесь квартирования» .

Между тем анализ переписки касающейся строительства здания церкви, отчетов настоятеля, визитных описаний показывает, что большую часть прихожан составляли военные. Подтверждает это и представление приходского строительного комитета губернатору П. Федорову от 21 мая 1846 г., в котором сообщалось, что римско-католическое общество в Кишинэу «составляется из нескольких только домов коренных кишиневских жителей, а прочие приходящие молиться в церковь суть не оседлые чиновники на службе состоящие, которые, оставляя службу, оставляют и Бессарабию, иностранные ремесленники, а преимущественно воинские чины, из постоянно расположенных в Кишиневе дивизионной квартиры, полкового штаба, внутренней стражи и других команд» .Гораздо меньшую группу таких, постоянно меняющихся кишиневских прихожан, составляли купцы из армян-униатов. В большинстве своем они происходили из территорий разделенной Польши. 

Годы        Количество прихожан*

1825  534
1840 564
1844 573
1850 1053
1852 1400

*без числа временно проживающего населения

Миграционные процессы ХIХ века, быстрый рост населения приводили к увеличению числа прихожан (механический рост). Сведения за 1825 год, приведенные в таблице, представляют данные согласно регистру, составленному приходским священником Филиппом Ожельским. Количество прихожан в это время составляло 534 человека, из них проживали в Кишинэу 349 чел. (мужчин - 215, женщин - 134, из них способных к исповеди - 326, исповедующихся - 222).  За этот год было проведено крещений - 24, венчаний - 4, погребений - 24 . Сравнение сведений за 1840 и 1825 годы указывают на небольшое увеличение состава прихода. Однако необходимо учесть, что в рассматриваемый период из кишиневского прихода уже выделен приход Бэлць, в состав которого, помимо верующих проживающих в городе, входили католики, проживающие в уезде Яссы. Картину проясняют сведения о том, что в число 564 верующих в 1840 г. входили: 425 чел, проживающих в Кишинэу, 17 – в Бендер, 9 – в Орхей, остальные 113 - в 15 селениях двух уездов. Здесь мы видим, что при небольшом абсолютном увеличении количества прихожан, всего на 30 человек, количество верующих в Кишинэу увеличилось на 76 чел, а в уезде Орхей стали поселяться католики . В последующие годы (1850 и 1852 ) также происходит увеличение количества прихожан. Настоятель прихода, отец Николай Цвикла, в своем отчете в Каменецкую Римско-католическую консисторию, сообщает, что на 29 марта 1850 года количество верующих в приходе составило 1053 человека. Этот отчет позволяет нам проследить динамику роста по населенным пунктам. Так, в Кишинэу в этот период проживало 479 верующих, (в уезде - 79), Бендер - 51, (в уезде - 88), в Орхей - 26, (в уезде - 59), в Сороке - 64, (в уезде - 204). Рост числа верующих и необходимость достойного пастырского окормления их требовали учреждения прихода в Бендер, в Сороке верующие тоже хотели иметь священника. Однако, российское законодательство ограничивало рост католических приходов. Государственные органы и общественное мнение в России с опаской относились к католикам, особенно если они были поляками . В 1844 г. вступил в действие императорский указ, ограничивающий возможности учреждения новых приходов в западных губерниях. Согласно этому указу, все католические приходы империи были разделены на 5 классов. От класса зависело материальное содержание церковного причта, выделяемого государством . Так, для приходов 1 класса эта сумма ежегодно составляла 600 рублей серебром, для 2-го – 500 руб., для 3-го - 400 руб., 4-го - 275 руб., 5-го - 230 руб. Во всех шести римско-католических епархиях России правительством было определено количество приходов каждого класса. В Каменецкой епархии из 102 приходов к 1 классу относился 1 – Каменецкий приход, ко второму – 4, к третьему – 18, к четвертому – 33 и пятому – 46 . В соответствии с данным указом, упразднение, разделение или учреждение новых приходов осуществлялось только по разрешению Министерства внутренних дел. При этом, если приход упразднялся, то суммы, отпущенные на содержание его причта, могли быть разделены между другими приходами с последующим повышением их класса. Разделение прихода влекло за собой и раздел денежного содержания, а соответственно и понижение в классности. Все бессарабские приходы относились к самому низшему классу – пятому. Разделение кишиневского прихода в таких условиях было невозможно.

Часовня во имя «Божественного Провидения»

Часть квартала, находящегося по улице Гостинной (ныне Митрополит Дософтей) между улицами Боюканской (ныне Мария Чиботари) и Мещанской (ныне Сфатул Цэрий), в 1816 году была выделена Бессарабским временным строительным комитетом городскому полицмейстеру Томашеву под частную застройку. Полицмейстер в течение трех лет не застроил участок, поэтому, в соответствии с требованием городского строительного комитета, место было у него отобрано. По плану города, эта земля предназначалась для частной застройки, и в своем ходатайстве о выделении данного участка для постройки храма, католики встретили немалые препятствия. Но уже в 1820 году, по распоряжению исполняющего власть полномочного наместника Бесарабии генерал-лейтенанта Инзова , именно этот участок в центре столицы области, который только начинал застраиваться, был выделен для возведения католического храма. Как указывают архивные документы, эта земля была навечно закреплена за католической общиной. На ней в 1823 г. был построен дом размерами 21 метр на 8,5 метров. Построенный из обожженого кирпича и покрытый гонтом, он был разделен на две половины по ширине. Помещение длиной в 15 метров - составляло часовню, в которую вели две двойных двери. На другой половине, состоящей из двух комнат, жил священник. На фасаде дома, выходящем на ул. Мария Чиботари находился железный крест. Колокольня на два колокола располагалась рядом с часовней. Это было сооружение из двух столбов, укрепленных фундаментом, с крышей покрытой тесом.

Строительство часовни, как об этом в 1828 году написал настоятель прихода Ф. Ожельский, удалось совершить по Божественному Провидению и благодаря добровольным пожертвованиям, поэтому она была освящена в честь Божественного Провидения. Если внешне часовня была довольно проста, то интерьер ее был декорирован лепкой и украшен множеством икон. Несмотря на небольшие размеры, в ней располагались 3 алтаря и ризница. Приобретённая, а также пожертвованная богослужебная и культовая утварь была либо из серебра, либо серебряная с позолотой. Некоторые предметы, предназначенные для богослужения, были выполнены из меди и покрыты позолотой. В 1824 году приходом была куплена серебряная с позолотой дарохранительница. Она была выполнена в форме солнца с расходящимися от него лучами, верхнюю часть дарохранительницы украшали корона и крест с искусственными рубинами и изумрудами. Несколько позднее, в 1832 г. генеральша Юзефина фон Бем пожертвовала приходу серебряные с позолотой чашу и патену. При алтарях и иконах находились «вотивные доски» или экс-вото, приносимые по обету в дар Церкви свидетельства о вере и благодарности верующих. Согласно архивному списку, эти пожертвования, в виде фигурок, выполненных из серебра или из серебра с позолотой, были небольшими и весили от 15 до 330 граммов. Таких фигурок разной формы: в виде младенца, сердца, правой руки, солнечных лучей, полумесяца - насчитывалось семь . В качестве пожертвований в часовне находились четыре серебряных медали в память 1810, 1812 и 1814 годов, медаль с изображением Божьей Матери и надписью «1755 год», а также римский талер с надписью «Auxilium de Sancto». Множество необходимой утвари, выполненной из более дешевого накладного серебра, меди и дерева, полный комплект одеяний для священника хранились в ризнице. Из 35 икон, находящихся в часовне, большинство были написаны маслом на холсте. Описание убранства часовни, к сожалению, не дает возможности определить, кому были посвящены два других алтаря и какие иконы были в них установлены. В списке икон обозначены Образы Иисуса Христа, Пресвятой Девы Марии, распятия Христа, Святых Иосифа, Иоанна Непомуценского, Антония Падуанского, Николая Мирликийского. Несколько икон, посвященных Пресвятой Деве Марии: Благовещение, Страдания, Мария с херувимами, с надписями «Maria Hilf», «Mater Amabilis», образ Божией Матери Почаевской и 2 иконы Матери Божией Ченстоховской, покровительницы Польши и символ ее независимости . Попечителями прихода в это время являлись Ежи Пизани, бывший консул княжества Молдавского и статский советник, кавалер, председатель гражданского суда Иозеф Лукашевич . Почетная должность попечителя определяла представительство и ответственность перед властями, обязанности по рачительному использованию средств на приходские нужды, а также деятельность по их прибавлению.

Церковь "Божественного провидения"

В 30-е годы росло количество католиков, в том числе и за счет военнослужащих. Существующие часовни уже или не вмещали всех прихожан, или сильно обветшали. Необходимость возведения достойного католического храма в столице была очевидна. Препятствием для такого строительства в Кишиневе было, прежде всего, отсутствие средств. Прихожане, в большинстве своем, были люди несостоятельные. В 1834 г. для этих целей было собрано только 2 000 руб.  Эти трудности приходской строительный комитет преодолевал, начиная с 1834 г., с момента подачи ходатайства о государственной помощи в строительстве и, заканчивая 1847 г., когда их долг государству был прощен. Продолжительное время, с 1834 по 1839 гг., занял подготовительный период. Прежде всего, необходимо было решить вопрос финансирования, а также разработать и утвердить проект, смету, собрать необходимые документы и получить разрешение на строительство. Письма, ходатайства, различные документы надолго задерживались в различных департаментах. Переписка с инстанциями занимала очень много времени. Препятствием в планомерной работе по окончанию строительства было отсутствие в течение некоторого времени половины состава строительного комитета, члены которого выбыли по разным причинам. С 1844 по 1847 гг. строительный комитет искал пути погашения долга государству и разбирался с проблемами, возникшими в ходе строительства.

Возведение храма от закладки до освящения длилось с 15 мая 1840 г. по 6 мая 1843 г (по старому стилю). По поводу даты постройки храма в литературе существуют разночтения. Монсеньер А. Габор сообщает, не ссылаясь на источники, что храм был построен в 1843 г, а освящен в 1844 г. В книге «Юбилейный сборник г. Кишинева. 1812-1912 гг.» временем завершения строительства указан 1840 год. В советский период эта дата утвердилась. Из одного сборника или исследования по архитектуре она переходила в другой, была указана в энциклопедии Кишинева , дана на мемориальной доске, установленной Министерством культуры на стене храма, в паспорте памятника истории и культуры. При этом о дате освящения церкви в этот исторический период никто не упоминал. В настоящее время мы имеем достоверный источник о начале строительства - весна 1840 г. , который подтверждается надписью на найденном под алтарем храма закладном камне, поэтому с доверием можем отнестись к сообщению этого же источника об окончании строительства здания. Летом, 18 июля 1841 г., председатель приходского строительного комитета сообщал, что «… католическая церковь постройкою вчерне оканчивается, покрыта железом и внутри начата оштукатурка оной» . В своем рапорте от 28 апреля 1843 г. комитет сообщал губернатору П. Федорову о полученном разрешении духовной консистории освятить храм 6 мая 1843 г. То, что освящение состоялось именно в этот день, подтверждают другие архивные документы . В таком случае можно утверждать, что храм возводился с 1840 по 1843 гг. В начале 1834 года прихожане обратились к генерал-губернатору Новороссии и Бессарабии князю М. Воронцову с ходатайством о выделении им государственной помощи для строительства приходского храма в Кишиневе. Сиятельный князь в письме от 11 июня изъявил желание с удовольствием ходатайствовать об оказании помощи католикам при наличии проекта и для определения объема денежных затрат сметы на строительство .8 марта 1835 г. М. Воронцов обратился к министру Внутренних Дел с ходатайством о выделении средств (по смете 31 064 руб. 36 коп. асс.) из фондов Департамента духовных дел иностранных исповеданий, к которому относились верующие Римско-Католической Церкви. Однако, ответ министра от 11 апреля 1835 г. был отрицательным, т. к. строительство католических церквей в России осуществлялось на пожертвования прихожан и в распоряжении данного Департамента средств для этих целей государством не предоставлялось. Отказ аргументировался также тем, что в Кишиневе мало верующих, и, якобы, по сведениям духовного руководства необходимости в строительстве новой церкви нет. В связи с чем планы и смета, посланные для рассмотрения, были возвращены. В ответ, к М. Воронцову, в 1835 г., с просьбой утвердить проект на строительство приходской церкви в Кишинэу и объяснением насколько прихожанам необходим новый храм обратился Каменецкий епископ Б. Мацкевич. В соответствии с действующим законодательством, предоставить ссуду для строительства церкви могло также руководство Бессарабской губернии из особого 10 % капитала, который формировался в основном из собранных налогов. Однако для этого необходимо было получить высочайшее разрешение царя Николая I. О выделении 10 тыс. рублей в качестве ссуды и 10 тыс. рублей безвозмездно просили прихожане, и их поддержал епископ Б. Мацкевич своим письмом к П. Федорову . Переписка продолжалась, и письмом от 29 февраля 1836 г. князь сообщил Бессарабскому военному губернатору П. Федорову о требованиях Министерства внутренних дел по сбору документов необходимых для рассмотрения дела. Положено было представить согласие руководства Бессарабской Православной Епархии на строительство, сведения о количестве верующих католического исповедания в кишиневском приходе, а также информацию о том, на какие средства предполагается осуществить постройку, и каким образом будет обеспечиваться содержание храма впоследствии. К марту 1836 г. были собраны и оформлены необходимые документы, а также получено согласие на строительство от главы Православной Церкви в Бессарабии архиепископа Кишиневского и Хотинского Димитрия (Сулимы). Таково было требование Российского законодательства (Указ от 19 октября 1828 г.). МВД и Православная Церковь контролировали проектирование и строительство католических храмов. Владыка Димитрий дал согласие на постройку римско-католической церкви, но при условии, что она не будет находиться вблизи православных церквей. При этом он указал, что «… в Кишиневе с давних времен существует римская церковь и римского исповедания лиц во всем городе и окрестных местах, относящихся к здешнему ксендзу, имеется немало» . В связи с предстоящей постройкой храма, Бессарабский военный губернатор Павел Иванович Федоров запросил у кишиневского полицмейстера сведения о количестве прихожан. Полицмейстер, в рапорте от 12 апреля 1836 г., сообщил: «Во исполнение предписания Вашего Превосходительства от 14 марта сего года № 3479 по забрании мною через настоятеля кишиневской римско-католической церкви надлежащих справок честь имею донести: Первое. В одном только областном городе Кишиневе имеется наличных различного состояния более тысячи душ римско-католического исповедания, исключая военных чинов, числа коих определить невозможно по случаю непостоянного их здесь квартирования. Кроме сего, в городах Леово, Бендеры и местечках Оргееве, Тузорах и в разных, к оным прилегающих селениях, принадлежащих к составу здешнего прихода, имеется таковых католиков более 300 душ» . Бюрократическая машина работала очень медленно, ее представители досконально изучали ситуацию, а время шло. В марте 1838 г. на запрос князя М. Воронцова о выделении таких средств, П. Федоров сообщил, что за счет погашения долгов по налогам за прошлые годы, 10 %-ный бессарабский капитал в 1838 г. увеличился. По его мнению, 10 тыс. рублей в качестве ссуды и такую же сумму без возврата католическому приходу выделить можно и даже необходимо, так как приход хоть и велик, но прихожане не очень богаты и собственными силами храм построить не смогут. Однако была и другая причина, по которой губернатор Бессарабии не хотел далее откладывать строительство. Известно, что П. Федоров прилагал множество усилий для строительства, а по сути для создания и украшения нового Кишинэу, ставшего столицей , генеральный план застройки которого был утвержден в 1836 г. Участок, выделенный католическому приходу, находился в центральной части города, где должны были находиться самые красивые здания, но в течении более чем двух десятилетий дома, построенные на нем, город не украшали. В сохранившемся тексте черновика ответного письма П. Федорова графу М. Воронцову удалось прочитать отсутствующий в официальном ответе отрывок. В нем говорилось, что губернатор согласен выделить ссуду еще и потому, что «… католической церкви в Кишиневе вовсе не имеется, и богослужения проводятся в одном тесном и ветхом обнесенным плетневым забором доме, не токмо не имеющем данного храму Божьему приличия, но и даже безобразящем лучшую часть города» . Можно считать, что это была основная причина согласия П. Федорова на выделение такой большой суммы в кредит бедному приходу. Его Преосвященство епископ Б. Мацкевич в своем послании поблагодарил П. Федорова за проявленную заботу о верующих. Предложенный прихожанами проект не был утвержден, а новый было поручено разработать известному санкт-петербургскому архитектору И. Шарлемань. 18 июля 1838 года этот проект был рассмотрен и одобрен Советом путей сообщения и публичных зданий . В 1838 г. генерал - губернатор Новороссии и Бессарабии князь М. Воронцов лично доставил в Санкт-Петербург Императорскому Комитету Министров проект плана, смету на строительство храма и свои предложения о выделении средств. Император Николай I, рассмотрев новый проект и предложения министра внутренних дел, 31 марта 1839 г. принял решение разрешить: 1. Новороссийскому и Бессарабскому генералу губернатору графу С. Воронцову выделить Кишиневскому римско-католическому приходу на строительство церкви 20 тыс. рублей ассигнациями из 10 %-ного областного капитала – 10 тыс. руб. безвозмездно, а остальные в виде займа; 2. Возложить на Бессарабского губернатора обязанность наблюдать как за возвратом суммы данной в ссуду, так и затем, чтобы постройка храма была осуществлена по утвержденному плану .

Проект постройки римско-католической церкви в Кишиневе

Проект постройки римско-католической церкви в Кишиневе

Эта радостная для прихожан весть официально была им сообщена только в июне 1839 г. . Однако сразу приступить к строительству не удалось. По требованию бессарабского строительного комитета необходимо было переделать смету, в соответствии с новым проектом и правилами. Архитектор И. Гаскет, который составил предыдущую смету, сославшись на занятость и недостаточную компетентность, отказался это сделать. Новая смета (32032 руб. 47 коп. ассигн.) с пояснительной запиской была составлена городским архитектором Лукой Заушкевичем и представлена только в сентябре . Прошло всего несколько месяцев после ее утверждения, как выяснилось, что в смету не заложена стоимость необходимых работ: возведение ограды вокруг церковного участка, внутренняя отделка здания, создание и приобретение культового имущества. Выполнение этих работ значительно удорожило строительство и этим создало дополнительные трудности приходскому строительному комитету. Его Высокопреосвященство Митрополит всех римско-католических церквей России Монсеньер Павловский назначил епископа Б. Мацкевича ответственным за это строительство. Не имея возможности постоянно находиться в Кишиневе, епископ Б. Мацкевич направил прихожанам свои предписания, о чем он письменно сообщил губернатору П. Федорову 28 августа 1839 г. Епископ считал необходимым: 1. Учредить комитет из знатных и ответственных прихожан, который будет осуществлять строительство.2. В состав комитета, утвержденного губернатором, имели право входить прихожане, подписавшие прошение графу С. Воронцову, так как они обязались своевременно вернуть государству ссуду. 3. Комитет должен состоять из настоятеля прихода (председатель) и еще 5 человек. 4. Заседания комитета проводить еженедельно, и на них должны присутствовать не менее трех членов комитета. 5. Из подаренной суммы в 10 тыс. руб. асс. в начале для закупки строительных материалов комитету необходимо выделить только половину, так как деньги негде хранить. 6.Финансовыми средствами имеет право распоряжаться только комитет, записывая расходы в отдельную книгу. Только израсходовав подаренные 10 тыс. руб. и собранные прихожанами пожертвования, комитет имеет право использовать 10 тыс. руб., данные в ссуду. 7. В обязанности приходского священника входит ежемесячное информирование епископа и губернатора о ходе строительства .В этом же году, 19 ноября, прихожанами был избран комитет по строительству церкви, который позднее был утвержден губернским правительством. Возглавил комитет настоятель прихода о. Игнаций Сильвестрович. Членами комитета были утверждены бессменный советник Бессарабского областного правления, надворный советник Иван Таранчук, областной архитектор, титулярный советник Иосиф Гаскет, военный комендант города, полковник Иосиф Штетер, дворянин Антоний Якубович, купец третьей гильдии Петр Менкин (Менкини). В обязанности комитета входили организация строительства храма, сбора пожертвований и возвращение ссуды. Для удешевления строительства предполагалось возводить храм хозспособом, то есть закупить все необходимые материалы и самим нанять рабочих. Однако подорожание строительных материалов вынудило комитет изменить тактику и искать подрядчика. Только в феврале 1840 г. комитет заключил договор о подряде с кишиневским купцом третьей гильдии Ильей Новиковым. Трудности на торгах с подрядчиками возникли в связи с тем, что в смете материалы были заложены по низким ценам, и такое строительство брать в подряд было невыгодно. Торги по подряду проводились три раза. Только Илья Новиков согласился с данными условиями и по договору обязался в соответствии с новой сметой (32032 руб. 47 коп. асс.) возвести здание церкви, начать строительство весной 1840 г. и окончить осенью 1841 г., кроме наружной штукатурки, которую подрядчик обязался произвести весной 1842 г. 15 мая 1840 г. (по старому стилю) состоялась закладка краеугольного камня , надписи на нем согласовывались с епископом Б. Мацкевичем. 

Закладной камень римско-католической церкви в Кишиневе

Закладной камень (лицевая сторона)

 

Закладной камень римско-католической церкви в Кишиневе

Закладной камень (оборотная сторона)

Закладной камень представляет собой свинцовую пластину с выгравированной надписью на латинском языке на обеих сторонах. Перевод надписи: Ныне, когда на Апостольском Римско-Католическом престоле восседает Папа Григорий ХVI, во время правления императора самодержца всея Руси, Щедрого благодетеля этого края (места) Николая I, Его министра внутренних дел графа Александра Строгонова, генерал-губернатора Новороссии графа Михаила Воронцова, военного губернатора Бессарабии генерал-майора Павла Федорова, в присутствии предводителя дворянства Бессарабии Георгия Димитрова и, конечно, главы города Кишинева Иоанна Кешко, а также ректора Кишиневского римско-католического прихода Игнацио Сильвестровича, военного коменданта Кишинева Иоанна Штетера, 1 советника Бессарабии Иоанна Тараньчука, бессарабского архитектора Иосифа Гаскета, дворянина Антония Якубовича, абсолютного унтеро-фицера Петра Менкина, то есть всех тех, кто составляет комитет для этого акта (церемонии), Я Боргеуш Лука Махвич Мацкевич епископ Каменец-Подольский и епископ католиков Бессарабии, кавалер ордена Святого Владимира второй степени и ордена Святой Анны первого класса с императорской короной, на 74 году жизни и в 51 год своего священства собственной персоной благословил сей первый камень в возведении в городе Кишиневе приходской римско-католической церкви под именем и воззванием Божественного Провидения и имени Святого великомученника Иоанна Непомуценского, и в этот же день 15 мая года Господня 1840 его заложил, для поклонения и почитания славы Великого Господа, благославенной Девы Марии и всех святых.

Из переписки с губернатором П. Федоровым известно, что Его Преосвященство обещал прибыть на закладку краеугольного камня, однако сведений о его пребывании в Кишинэу во время этого торжественного события найти не удалось.18 июня 1841 г. здание храма было построено, а в декабре были завершены внутренние штукатурные работы . Построенный храм в плане представлял вытянутое прямоугольное здание. Колокольня, в виде двух фланкирующих башен на главном фасаде, включена в композицию храма. Кровля была покрыта листами жести, окрашенными зеленой краской. Боковые фасады украшены фронтонами (не сохранились). Расположенные на паперти двери, как и стены храма, были окрашены в белый цвет. Центральная дверь размерами 4,3х2,3 м вела в храм, две другие, находящиеся по бокам от нее, - одна на хоры, другая на колокольню. На башнях (квадратных в плане) возведены позолоченные купола с крестами. Конек парапета центрального объема завершался таким же позолоченным куполом с крестом. В башнях располагались три колокола: один весом свыше 407, другой 62, третий около 29 кг . Внутреннее пространство храма было расчленено на три нефа двумя продольными рядами колонн, по 6 в каждом. Средний неф со сводчатым деревянным потолком выше боковых нефов. Он завершался полукруглой алтарной абсидой. Предназначенная для главного алтаря (пресвитериума), абсида была украшена каменными арками, пилястрами, с капителями ионического ордера и двумя высокими окнами, где предполагалось разместить витражи. В абсиде по бокам алтаря были построены две комнаты. В одной располагалась ризница, в другой хранились церковные принадлежности, а при входе в храм над дверями были сооружены хоры, огороженные перилами с выточенными из де-рева фигурными балясинами. 

В ноябре 1841 г. состоялись довыборы в состав приходского строительного комитета. Они были связаны с отъездом из Бессарабии членов комитета Ивана Таранчука и Антония Якубовича . Вместо них кишиневские прихожане избрали в состав комитета советника Областного губернского правления, надворного советника Андрея Миколаевича и правителя канцелярии бессарабского военного губернатора по управлению Измаильским градоначальством коллежского регистратора Федора Яворского , человека очевидно достаточно близкого к военному губернатору П. Федорову. Более полугода работы в здании церкви не велись. Только в июле 1842 г., на заседании комитета в составе И. Гаскета, И. Сильвестровича, Ф. Яворского, последнему было поручено организовать работы по завершению строительства и оформлению интерьера церкви на средства, которые были выделены и которые могут еще поступить в результате сбора пожертвований . На заседании отсутствовала половина состава комитета (П. Менкин и А. Миколаевич по болезни, полковник И. Ште-тер умер). А. Миколаевич не подписал принятое на данном заседании решение, которое ему направили домой. Частое отсутствие на заседаниях комитета некоторых его членов по болезни, занятости или по нежеланию, их неучастие в контроле над выполнением заказов по оформлению интерьера церкви, в будущем обернется неприятностями для прихода и главного распорядителя работ Ф. Яворского. Отсутствие в Бессарабии высокопрофессиональных мастеров, знакомых со спецификой работ и недостаток финансовых средств, значительно усложняли деятельность Ф. Яворского. Он вынужден был приглашать мастеров из Подольской губернии или пользоваться услугами тех иностранных мастеров, которые оказались в это время в Кишинэу. Иногда в процессе выполнения заказов их приходилось менять или, как в случае с мастером из Подолии, Яковом Белянским, отказываться от уже законченной работы . Член комитета И. Гаскет решил, что три иконы, заказанные Я. Белянскому для антипедиумов на алтари, выполнены недостаточно профессионально, а оплата в 300 руб. асс., очень высока. После длительных обсуждений от этих икон отказались. К концу июля Ф. Яворский частично нашел исполнителей и распорядился работами по созданию хоров, алтарей, амвона, икон и необходимой церковной утвари. Все договоры с художниками и мастерами предоставлялись комитету, но заключались при согласии только настоятеля, т. к. остальные члены комитета самоустранились от работы. Алтари, амвон, многие столярные работы выполнялись местными мастерами под руководством Михаила Шеффера, баденского подданного, католика, мастера, уже имевшего опыт работы по оформлению католических церквей в других странах. Он же закупал все необходимые для этого материалы. Габриэль Нусбаум, католик, выполнял токарные работы по дереву, в том числе вытачивал подсвечники разной величины. Карл Гейсин, лютеранин, изготовил сорок стульев и две полированные (частично с позолотой) рамы для боковых алтарей . Мастер Яков Белянский выполнил для главного алтаря и покрыл позолотой цибориум, табернакулюм, раму для большой запрестольной иконы, большие и маленькие подсвечники. Для главного алтаря, по заказу Ф. Яворского, австрийский художник Бец (Пец) написал большой образ Пресвятой Богородицы с Младенцем. В настоящее время эта картина – духовное и историческое наследие предков – является главной иконой Кишиневской епархии. Она находится в построенной для нее в 2003 г. часовне Пресвятой Богородицы Матери Доброго Совета, являющейся покровительницей Кишиневской епархии. Контроль над ходом работ регулярно осуществляли епархиальные и губернские власти и не только по отчетам приходского строительного комитета. Зимой 1842 - 1843 гг. генерал-губернатор Новороссии и Бесарабии, князь М. Воронцов, посетивший Кишинев в сопровождении военного губернатора Бессарабии П. Федорова осмотрел кишиневский католический храм и ознакомился с ходом завершения внутренних работ. П. Федоров в присутствии генерал-губернатора поблагодарил Ф. Яворского за усердие в организации завершения строительства. Это очень возвысило Ф. Яворского в глазах прихожан и общественности столицы. Но очевидно, между членами комитета уже тогда были некоторые разногласия, так как высоких гостей встречали только отец-настоятель И. Сильвестрович и Ф. Яворский . Несогласованность в действиях членов комитета, их амбиции повлияли на усугубление разногласий. Конфликтная ситуация возникла из-за престольной иконы. Иосиф Белен де Балю, член прихода, преподаватель французского языка и рисования в областной гимназии, жертвовал храму собственноручно написанный образ Богоматери со Спасителем на руках при условии, что он будет установлен в главном алтаре. Переговоры он вел с членом комитета А. Миколаевичем. Ответственный за оформление Ф. Яворский, по его словам, узнал об этом только тогда, когда указанная икона была доставлена в храм, а образ, выполненный австрийским художником, уже был установлен в главном алтаре . В результате разбирательств, коронованная икона в позолоченной раме, пожертвованная И. Беленом де Балю, была установлена в храме на почетном месте, но не в главном алтаре. Несколько позднее этот факт и некоторые другие обвинения стали предметом проведения следствия против Ф. Яворского, которого неоправданно обвинили в некомпетентности и непрактичном использовании общественных средств. В апреле работы, в основном, были завершены, святыня была готова к освящению. 28 апреля 1843 г. приходской строительный комитет сообщил губернатору П. Федорову о разрешении Каменецкой Римско-католической консистории освятить построенный в Кишиневе храм 6 мая 1843 г. (по старому стилю). Епископское освящение (консакрация) храма в то время не было осуществлено, так как епископ Б. Мацкевич, благоволивший бессарабским приходам и управляющий епархией с 1809 года, в 1842 году умер и Каменецкая кафедра до 1856 года была вдовствующей. Для благословения (бенедикаты) храма Каменецкой консистори-ей был назначен летичевский декан, отец Брзожовский. Торжество освящения происходило в назначенный срок 6 мая (по старому стилю) 1843 г., и, поскольку не было органа, сопровождалось игрой военного оркестра егерского полка. Музыканты получили разрешение дивизионного командира генерал-лейтенанта де Витте. Об этом ходатайствовал майор 3-ей пехотной дивизии Соболевский. В этот же день для гостей и знатных прихожан был дан обед в помещении дворянского клуба. Угощение для остальных прихожан было организовано во дворе церкви на следующий день. Праздничный обед в дворянском клубе обслуживал личный повар губернатора П. Федорова. По просьбе Ф. Яворского, П. Федоров подарил к праздничному столу из собственных погребов, в числе вин различных марок, по 16 бутылок шампанского и мадеры. Этот факт также говорит о некоторой близости и уважении, которым пользовались католики у губернских властей. Отец Брзожовский, от имени духовного руководства епархии, объявил благодарность членам комитета Ф. Яворскому и А. Миколаевичу, первому - за завершение оформления храма, а второму - за организацию праздничного обеда. Ф. Яворский заслуженно был отмечен епархиальным руководством за свой труд. Алтари, необходимые ритуальные предметы были созданы в соответствии с литургическими правилами того времени и католической традицией. Главный алтарь был деревянный с каменным престолом, пресвитерий был окружен деревянной балюстрадой со ступенями, ведущими к престолу. На нем - табернакулюм, для хранения Святых Тайн и крест черного дерева с серебрянной с позолотой фигурой распятого Христа. В главном алтаре находилась большая коронованная икона Божьей Матери с Иисусом Младенцем на руках в позолоченной раме. Обе короны были позолоченными, на короне Божией Матери находился золотой крестик, украшенный рубинами и жемчужинами. Образ Божией Матери завешивал красный покров с кистями. Перед алтарем висела большая серебряная лампада. Слева от главного алтаря был расположен амвон. В боковых нефах были сооружены алтари и престолы деревянные, к каждому вели четыре ступеньки. В одном из них, на стене над алтарем, находилось распятие на красном фоне из сукна, обрамленное черной рамой. Распятие представляло собой большой черный деревянный крест с позолоченной фигурой распятого Христа. С другой стороны находился алтарь, посвященный Святому Николаю Мирликийскому. Образ святого, написанный на холсте, был специально заказан для этого алтаря. Иконы в боковых алтарях укрывались голубыми занавесками с кистями . Образ Святого Николая, возможно, был написан в соответствии с византийскими канонами, т. к. алтарь создавался специально для про-ведения богослужений, преимущественно в торжественные для императора Николая I и его семьи дни. Члены приходского строительного комитета, выражая благодарственные чувства прихожан, сообщили П. Федорову 21 июля 1846 г., что алтарь этот устроен «… дабы передать позднейшему потомству память ныне царствующего Венценосца, доставившего средства существованию сего храма» . Всего в храме находились 32 иконы разной величины в позолоченных и простых рамах, некоторые из них, также как и экс-вото, были перенесены из старой часовни. Среди икон находился и коронованный Образ Богоматери, работа кисти И. Белена де Баллю. В церкви были хоругви разного цвета, скульптуры воскресшего Христа и четырех ангелов, множество различных серебряных и позолоченных подсвечников, 30 стеклянных лампад, 23 различной формы экс-вото, в том числе серебряная икона Казанской Божьей Матери .Храм украшало привезенное из Харькова паникадило, с 12 бронзовыми шандалами и шнуром с шелковой кистью. Там же в Харькове было куплено около 50 килограммов золоченых восковых свечей разных размеров. Для украшения храма, пошива церковных одежд, хоругвей и т. д. были приобретены шелк, парча, атлас и коленкор. Орган был доставлен позднее, возможно в 1844 г., из закрытого властями Купинского монастыря, расположенного в Подольской губернии. Во второй половине века, благодаря пожертвованиям прихожан, кишиневский храм приобрел мраморный алтарь (Юлия Джуминская в 1878 г), новый орган и колокола (Цезарина Доливо-Добровольская в 1895 г.) . Непосредственное участие в выделении средств на строительство, в сборе пожертвований, посещение строящегося здания губернскими властями, размах торжеств по случаю освящения говорят не просто об участии дворянства и властей области в возведении храма, но об их заинтересованности в благополучном его завершении и о толерантном отношении к католикам. Тем более неприятными оказались последующие события. В августе 1843 г. Ф. Яворский составил финансовый отчет о затратах на строительство и оформление храма. Этот отчет подписали только председатель приходского строительного комитета, отец И. Сильвестрович и Ф. Яворский, П. Менкини и А. Миколаевич поставить свои подписи под этим документом отказались. 8 декабря 1843 г. они написали в комитет письмо, в котором обвинили Ф. Яворского в перерасходе общественных средств, в некачественности одних и в ненадобности других изготовленных для храма предметов. Однако, главным в их письме, можно считать обвинение в излишней самостоятельности Ф. Яворского. В этом же году военный губернатор Бесарабии П. Федоров напомнил комитету о необходимости возврата ссуды в 10 тысяч руб. ассигнациями. Ситуация складывалась критическая, денег не было. Все собранные средства были израсходованы на оборудование храма. Собрать столь большую сумму не было возможности. Прихожане надеялись на то, что царь простит им долг. Ранее таким же образом была выделена помощь и прощен долг кишиневской лютеранской общине, храм которой находился в одном квартале с католическим . 31 января 1844 г. отец И. Сильвестрович обратился в консисторию с просьбой назначить возвратившегося в конце 1843 г. И. Таранчука попечителем прихода. Консистория, при согласии И. Таранчука, назначила его 10 марта 1844 на эту должность. Новые неприятности принес 1844 год. П. Менкини и А. Миколаевич, при поддержке попечителя прихода И. Таранчука, в письме на имя П. Федорова, обвинили Ф. Яворского в непрофессионализме, непрактичности, расточительности и перерасходе средств. Главным обвинением выставили беспорядок в финансовых документах и несоответствие указанных в отчете сумм фактически полученных исполнителями. Указано было и на слишком большую, по мнению авторов, сумму, затраченную на заказ престольной иконы Божией Матери и позолоченной рамы к ней. Обсуждалось качество живописи австрийского художника Бец (Пец). Дело в том, что холст, на котором написана эта икона, был сшит по ширине, так как целого такой величины в Кишинэу найти не удалось . Эта неоднородность холста, а, возможно, отчасти грунтовка, сказались на неодинаковом отражении живописью света. И хотя живописец и Ф. Яворский утверждали, что со временем этот эффект пропадет, как впоследствии и оказалось, данный заказ посчитали недосмотром, отсутствием профессионализма и непростительным расточительством. Члены комитета нашли в церкви и другие предметы, без которых, по их мнению, можно было бы обойтись, а средства сохранить для возврата долга. Например, кроме скамеек, были еще заказаны стулья, дополнительные средства были затрачены на переделку хоров. Эти обвинения косвенно затронули и настоятеля И. Сильвестровича. В объяснении Ф. Яворского от 17 августа 1844 г. на эти обвинения были даны нелицеприятные характеристики заявителям и попечителю. В 1844 г., на основании заявления И. Таранчука с требованием «законного удовлетворения» за нанесенные оскорбления, началось следствие, которое длилось с 1844 по 1858 гг. В ходе его, доказательств вины Ф. Яворского не было найдено. Очевидно, что подоплека этого дела - в личных амбициях некоторых членов комитета и попечителя И. Таранчука. Подтверждение находим в архивных документах. Так А. Миколаевич сообщил следствию, что «Ф. Яворский хотел присвоить себе влияние в комитете и стать его полным распорядителем». А, по словам настоятеля, между членами комитета возникло «личное неудовольствие тогда, когда к концу года 1843 г. в губернию вернулся бывший член комитета И. Таранчук». Члены бывшего приходского комитета по строительству церкви обязаны были решать вопрос и с возвратом долга. Надежда была только на прощение долга. 21 мая 1846 г. на имя Бессарабского военного губернатора было подано прошение, в котором подробно излагались причины несостоятельности прихожан по выплате долга и просьба о ходатайстве по его прощению. Ходатайство подписали И. Сильвестрович, А. Миколаевич, И. Гаскет и П. Менкин. По ходатайству П. Федорова решение о прощении кишиневским католикам их долга государству в 10 тысяч руб. ассигнациями было принято 21 января 1847 г. В ходе следствия обнаружилось несогласие отца И. Сильвестровича с Таранчуком, в отношении к деятельности Ф. Яворского. В отличие от И. Таранчука, настоятель верил Ф. Яворскому, т. к. тот все шаги по набору мастеров и оплате их труда согласовывал с настоятелем. Финансовые документы подписывались только ими двумя, потому что другие члены комитета самоустранились от работы. Но самое главное, настоятель считал, что подобное разбирательство не только никого не возвысит, но и бросит тень на прихожан, отдалит удовлетворение их ходатайства о прощении долга. В ходе следствия он не скрывал своей позиции . Это явно портило его отношения с И. Таранчуком, пользовавшимся большим влиянием не только у губернского, но и у епархиального руководства. В 1847 г. консистория перевела отца И. Сильвестровича в другой приход в Подолии. Десять трудных лет отдал священник Игнаций Сильвестрович кишиневскому приходу. Отец Игнаций родился в 1801 году, происходил из польских дворян Волынской губернии. Светское образование получил в Луцке, там же в 1822 г. поступил в семинарию. В 1825 г. был переведен в Каменецкую семинарию и в 1826 г. рукоположен в священники Каменецким епископом Б. Мацкевичем. С этого года по 1837 г. он служил в приходах Подолья. С мая 1838 по 1847 он окормлял паству кишиневского прихода, заботился о прихожанах, под его руководством строился храм, он добился отмежевания 34 гектаров земли , выделенной приходу еще в 1826 г. С 1847 г. он служил в разных приходах Подольской губернии. Был награжден крестом и медалью в память о Севастопольской обороне. Завершил свою священническую деятельность отец Игнаций в 1860 г., по слабости здоровья он вышел на пенсию с должности администратора Каменецкого тринитарского храма . 

Несмотря на то, что кишиневский приход обладал некоторыми финансовыми средствами и недвижимостью, этого было недостаточно для строительства храма. Так 34 га земли, отведенные приходу, отданные в пользование частному лицу на продолжительный срок, с договоренностью разведения на ней виноградника и фруктового сада, доходов не приносили. Старый деревянный флигель, построенный на церковной земле при часовне, сдавался в наем за 40 руб. серебром в год. Из этой же суммы осуществлялся его ремонт . Имеющийся участок земли в районе старого базара, пожертвованный В. Ганза в 1824 г., и имеющиеся на нем старые дома, завещанные церкви, руководство прихода не сумело использовать для получения дополнительного дохода. Из финансовых средств имелись 400 руб. асс., пожертвованные в 1828 г. Генерал-майором Збиевским на отправление панихид за упокой его души. Дворянин А. Якубович в 1831 г., в память о покойной жене, пожертвовал на строительство церкви 100 червонцев. Генеральша фон Бем завещала, что после ее смерти деньги, вырученные от продажи ее вещей (возможно имущества), раздать бедным. После смерти 24 марта 1832 г. Ю. фон Бем исполнитель этого завещания, отец Матвей Тарнопольский, внес в церковную кассу 800 руб. асс. Управляющий римско–католической церковью в Ямбурге отец Доминик Заббини пожертвовал 26 марта 1834 г. 100 руб. асс. для отправления панихид за упокой его души . Некоторые из этих сумм находились в банке, другие отдавались в долг под проценты частным лицам. Кружечный сбор пожертвований во время богослужений ежегодно составлял от 150 до 190 руб. серебром, из них 100 руб. выплачивались органисту, остальные шли на освещение храма и другие нужды прихода . Расходы на строительство здания, каменной ограды вокруг участка, создание и покупку всего необходимого для канонической деятельности храма и хозяйственной жизни прихода составили более 40 тысяч руб. асс. Из них, только 10 тысяч руб. были даны безвозмездно и 10 ты-сяч руб. даны приходу в ссуду, остальные свыше 20 тысяч руб. были пожертвованы дарителями .Во время строительства храма прихожане во главе с настоятелем прилагали титанические усилия для сбора средств. Всякий сбор пожертвований можно было осуществлять только по разрешению духовного руководства и гражданских властей. Первоначально собранные средства были отданы в рост некоторым из прихожан. В течение 1840-1841 гг. они были возвращены с процентами, время сохранило для нас фамилии только некоторых из них: титулярные советники Авесев и Казимир Карчевский, губернский секретарь Ф. Манугевич, дворянин Медынский, г-жа Бесмирова . К губернатору П. Федорову прихожане обратились с просьбой разрешить сбор пожертвований по подписке во всей Бессарабии. В мае 1840 г., при закладке фундамента храма, по разрешению губернского руководства была открыта подписка по сбору пожертвований, в том числе в присутственных местах и дворянском собрании. В часовне также была установлена кружка для добровольных приношений. Для сбора пожертвований в одесскую католическую церковь был командирован отец И. Сильвестрович . К концу 1841 г. вместе с имеющимся церковным капиталом сумма пожертвований составляла 13. 397 руб. 74 коп. Приходской строительный комитет обратился в декабре 1841 г. к П. Федорову с просьбой о его ходатайстве «по начальству Высочайшего Его Императорского Величества соизволения на открытие подписки на добровольное пожертвование по всей Российской империи, в течение одного года, подобно тому, как это с Высочайшего соизволения допущено при постройке римско-католических церквей в городах Ставрополь и Пятигорск» . Эта необходимость возникла в связи с тем, что в смете на строительство, составленной Л. Заушкевичем, не были заложены средства на создание и приобретение церковных и культовых предметов. Дополнительная смета «О сумме, потребной на окончательную постройку Римско-католической церкви в г. Кишиневе» на сумму 12 тысяч руб. 14 коп. серебром была составлена в июне 1842 г. и подписана членами комитета И. Сильвестровичем, А. Миколаевичем, И. Гаскетом и Ф. Яворским . Ее составили исходя из нужд прихода, для обеспечения его канонической жизни и поддержания в порядке здания храма в дальнейшем. На внутреннее убранство храма: постройку трех алтарей, амвона, хоров, заказ трех икон, приобретение богослужебных одеяний, органа и двух колоколов, другой церковной утвари, предполагалось затратить 4.263 руб. серебром. На строительство домов для священника из пяти комнат и для церковного причта из двух комнат с кухней, ограды вокруг всего участка, колодца было предусмотрено 4.880 руб. серебром. Кроме них, в смету были заложены 2.857 руб. 14 коп. серебром (или 10 тысяч руб. асс.), сумма долга, которая была выделена государством в качестве ссуды .Две последние позиции говорят о практичности членов комитета, которые, таким образом, пытались решить сразу две проблемы: вернуть ссуду государству и найти средства для постоянного дохода. До этих пор священник жил в доме, во второй половине которого располагалась часовня. При осуществлении постройки новых домов, для священника и причта, уже существующее каменное строение можно было бы сдавать в наем. Получаемые средства предполагалось использовать не только на содержание храма, но и на другие нужды, в том числе и для строительства помещения приходской школы, фундамент которой был заложен еще в 1824-1825 гг. Вернув долг государству, комитет выполнил бы все свои обязанности и мог быть распущен. Просьбу приходского комитета поддержали не только П. Федоров и С. Воронцов, но и, по ходатайству епископа Б. Мацкевича, Римско-католическая Духовная коллегия. Однако, министр внутренних дел при рассмотрении прошения (9 сентября 1842 г.) отметил, что сумма по смете слишком велика. Помимо этого, кишиневское католическое об-щество, указывал министр, ходатайствуя об оказании помощи на строительство церкви, обязалось не достающие по смете средства пополнить собственными добровольными приношениями, возвратить государству долг, а также поддерживать храм с помощью доходов, поступающих от найма существующих церковных домов. Это был, по су-ти, отказ, вместе с ним ходатаям была возвращена и смета. На строительство храма и его внутреннее убранство финансовые средства жертвовали люди разных сословий и вероисповеданий из Бессарабии, г. Одессы, Подольской губернии. Настоятель о. И. Сильвестрович пожертвовал более 90 руб. серебром, 30 руб. на возведение главного алтаря пожертвовали жители г. Бар Подольской губернии Стефан Кошубяка, Высочанский и Вержбицкий, каменную плиту для престола в главном алтаре, стоимостью 5 руб. серебром подарил бессарабский помещик Манук Бей. Среди жертвователей были председатель Бессарабской уголовной палаты (125 р.), жители Бара привезли вместе с прошнурованной книгой, в которую записывались фамилии жертвователей, 90 руб. серебром. Имеются сведения о личном взносе епископа Б. Мацкевича, он собрал 2055 руб. асс. и 335 руб. серебром. Не сохранилась в записях сумма, пожертвованная членом строительного комитета Иваном Таранчуком, однако известно, что его вклад был самым большим. Отчасти благодаря этому, а также его высокому авторитету во властных кругах области и занимаемой должности, И. Таранчук был назначен попечителем кишиневского прихода .С 1840 по 1842 г. во время неоднократно объявляемой подписки по сбору средств, чиновниками канцелярии Бессарабского губернатора было пожертвовано 20 руб. серебром и 5 руб. ассигнациями, от членов Бессарабского дворянского собрания в 1841 г. на строительство храма было получено 85 руб. 40 коп. серебром, а в 1842 г. предводитель областного бессарабского дворянства Иван Стурдза пожертвовал 10 руб. и Степан Россет - 1 руб. серебром . Для завершения строительства, ввиду особых обстоятельств, Каменецкая консистория разрешила отцу-настоятелю использовать 1. 300 рублей ассигнациями из средств, которые по правилам того времени, каждый приход, в качестве неприкосновенных, обязан был держать в банке. Последний сбор пожертвований по подписке был объявлен в день освящения храма. Среди жертвователей были генерал-майор Дебан Скорожецкий - 25 руб. асс.; Андрей Миколаевич - 5 руб. серебром.; Иван Вальд - 5 руб. серебром.; Иосиф Гаскет - 50 руб. асс.; Иван Сироцинский - 3 руб. серебром.; Иосиф Белен де Балю - 2 руб. сереброь.; Карл Бродецкий - 10 руб. 50 коп. асс.; Кубовский - 2 руб. серебром.; Проховский - 2 руб. серебром.; Ступницкий - 1 руб. серебром. 

костел Кишинев

Вместо о. И. Сельвестровича руководителем прихода в 1847 г. был назначен отец Николай Цвикла. В 1848 году под его руководством удалось завершить оформление интерьера церкви. Вот как он сам это описывает: «По прибытии к Кишиневскому костелу ксендза Цвиклы, на управление оным, костел этот требовал внутреннего устройства, то при попечительстве его совместно с попечителем г. советником Таранчуком сделана подписка и с пожертвованных прихожанами денег костел расписан во внутри и устроен большой престол» . «Ведомость Кишиневского римско-католического костела о переменах имущества в 1848 году противу ведомости за 1847 год» позволяет нам определить и оценить первоначальный интерьер и внутреннее убранство храма. Декор, сочетающий орнамент, росписи и лепку был решен в целостном и гармоничном ансамбле. Внутри храм был окрашен в темно-лиловый цвет. Стены по всему периметру здания были разделены широкими белыми полосами, имитирующими каменные пилястры алтарной абсиды (пресвитерия). Таким образом, начинаясь в пресвитерии и охватывая все помещение, пилястры служили декоративным элементом, членящим стены и украшающим церковь.Стенные росписи выполнялись профессиональными художниками. Декоративным обрамлением оконных проемов в боковых нефах также служили росписи. Фронтоны над всеми окнами были расписаны орнаментом из листьев аканта, который повторял конфигурацию коринфских капителей колонн и лепнину карниза. Бока оконных ниш были расписаны миртовыми ветвями. Стволы и базы колонн, отделяющих главный неф от боковых, были окрашены под темный мрамор. Фризы над колоннами расписаны арабесками, а карниз украшен лепниной. На свод потолка пресвитерия были нанесены росписи, делящие его на три части и иллюзорно расширяющие пространство. Свод над алтарем был украшен изображениями херувимов и живописными розетками. На своды потолка над ризницей были нанесены многофигурные композиции на темы из Нового Завета с правой стороны от каменной арки, а из Ветхого Завета – с левой стороны. На самой же каменной арке, находящейся над престолом, было написано на латинском языке – «Uni Trinoquae Domino». На другой каменной арке, отделяющей пространство пресвитерия от главного нефа, находилась надпись: «Beatam me dicent omnes generationes Maria ancillam humilem vespexit Deus», прославляющая Пресвятую Богородицу, которой был посвящен главный алтарь. В центральном нефе свод потолка был разделен арками, выполненными белой краской. Симметрично нанесенные, они служили продолжением каменных арок и визуально увеличивали пространство. Арки были расписаны фигурами херувимов и большими розетками. Пространство между арками было заполнено арабесками, в центре которых находились вензеля с большими розетками. Потолок в боковых нефах был расписан двумя видами розеток, а под хорами - арабесками. В красочной гамме было характерно преобладание сдержанных изысканных тонов.Украшением церкви был и конфессионал (исповедальня). Выполненный из черешневого дерева, отличающегося розовым цветом, отделанный искусной резьбой, он был покрыт политурой цвета орехового дерева, также были окрашены и 14 скамеек, которые гармонично вписывались в интерьер храма, завершая его цветовое решение. Конфессионал представлял собой большую деревянную кабину с сидением для священника, по обе стороны которого, с левой и правой стороны, были решетки. Пространство у решеток с внешней стороны было огорожено для удобства исповедующихся. По обеим сторонам двери, ведущей в конфессионал, находились пилястры над ними - резные украшения тонкой работы, выполненные в стиле росписей потолка – арабески, а выше – розетки. Над самой дверью было помещено символическое изображение Святого Духа с расходящимися лучами. Общую композицию объединял и завершал шар с расположенным над ним крестом.

Неля Саганова. Кишиневский римско-католический приход "Божественного Провидения" в первой половине XIX века//ANALECTA catholica.I.Chisinau.2005

 

Хотин

Каменный храм построен в 1832 году.

 

Бельцы(Бэльць)

В этих местах католики проживали издавна. Приход в Бэлць в качестве самостоятельного был учрежден в 1828 году. Он был выделен из состава кишиневского прихода. Утверждение, что католический приход в Бэлць учрежден в 1828 г. основано на том, что в этом году (10 июля - 7августа) был издан указ о выделении государственных средств на содержание в данном приходе священника (см. КГГА, Ф. 685, оп. 2, д. 165), а также тот факт, что регистрационные приходские книги были заведены в 1828 г. (до этого акты гражданского состояния регистрировались в книгах кишиневского прихода).  Церковь во имя Успения Пресвятой Богородицы была построена раннее, в 1821 году. По епархиальным сведениям, в 1825 г. приход насчитывал 6517, а в 1869 - 792 верующих. Администратором его был отец Александр Шадурский. Имелась часовня на кладбище. В 1897 году официальная статистика зафиксировала, кроме 732 верующих в городе, 1.960 человек, проживавших в уезде Бэлць и относившихся к приходу. В 1926 г. на территории прихода проживали 2.500 верующих, из них 2.000 поляков и 500 армян. В советское время приход легально действовал до 1962 года; богослужения проводились в бывшей армянской часовне, так как здание приходской церкви было разрушено во время 2-ой Мировой войны. После закрытия властями прихода, верующие собирались тайно в домах прихожан, в 1978 году они самовольно оборудовали часовню в частном доме. По приходским спискам, в 50-е годы прихожан насчитывалось около 500 человек, в 60-е - 160, в 80-е годы, согласно советским отчетам, от 400 до 500 человек. Организовать подпольную приходскую жизнь верующим помогали, несмотря на преследования, две монахини конгрегации Св. Казимира из Литвы сестры Фаустина (Вероника Масевичуте) и Эдита (Она Чибиройте). Пятнадцать лет верующие добивались возвращения официального статуса приходу, предпринимая различные акции от прошений до требований. По советскому законодательству, для признания прихода требовались наличие двадцати учредителей (в обиходе - двадцатка), избранных ими руководящих органов - приходского совета и ревизионной комиссии. В 1988 году учредителями прихода являлись 25 человек, в руководящие органы были избраны: Валентина Калугина, Петр Михайлевский, Вероника Масевичуте (монахиня), Чеслава Цетенс, Людмила Проминская, Янина Монастырская. Решением IV сессии XX созыва Бельцкого городского совета народных депутатов, здание церкви во имя Святого Григория по ул. Хотинской было возвращено римско-католическому приходу.

 

Бендеры

Первая католическая церковь была построена в 1860 году благодаря поддержке коменданта крепости генерала Марцелина Ольшевского, католика польского происхождения. Церковь была освящена во имя св.ап.Петра и Павла . В конце 70-х годов храм был приписан к православной епархии. Второй католический храм Воздвижения св.Креста был по строен по проекту архитектора итальянского происхождения А.Бернардацци. В 1897 году в городе проживало 1 121 верующих и еще 1 491 в уезде. Приход был закрыт в 1950 году, церковь переоборудовали в спортивный зал.

католики Бендеры

 

Красна

В этой немецкой колонии была часовня , построенная еще в 1814 г., в 1834 г. была обновлена и расширена.

 

Слободзия-Рашков

Территория нынешнего села и окружающие его земли в XVIII веке, еще до присоединения Подолья к Российской империи, была подарена ее владельцем князем Любомирским Рашковскому приходу. Хутор, возникший в 1747 г. на месте нынешнего села, в 1816 году был известен как Слобода Рашковская и принадлежал семейству Вартересовичей. В 1830 г. в селе проживало 90 крестьян католиков польского происхождения, они были приписаны к приходу в Рашкове. В советский период, после закрытия храма в Рашкове, верующие собирались на молитву по домам в своем селе, многие годы только ночью. Но уже в конце 60-х годов они обратились в органы власти с просьбой зарегистрировать в селе католический приход и передать им в пользование Рашковский храм. Получив отказ, они добились разрешения местного сельского совета и построили в 1973 г. часовню на кладбище. В ней, один раз в два месяца, священник из Кишинэу имел право проводить богослужения. Длительное время не получая разрешения на юридическое признание, в 1976 году построили небольшую церковь, которая была снесена местной властью.

Рашков

Рашков возник в XIV-м веке, и впоследствии известен как город-крепость на левом берегу Днестра, охранявший границы: Польши. После разрушения крепости в XVIII веке здесь находился постоянный гарнизон польских войск.

Рашков католики

Вид на Рашков.Рисунок 18 века

В российский период своей истории с конца XVIII и в XIX веке Рашков - уже местечко, являющееся центром торговли и ремесленного производства. Польский магнат, князь Иосиф Любомирский, владелец обширнейшего имения в Подолье под названием «Побережье», куда входил и Рашков, начал в 1749 г. здесь строительство церкви для католиков армянского обряда. Освящен храм был в 1791 году архиепископом Львовским Яковом Тумановичем во имя Святого Каетана. Это старейшая святыня Кишиневской епархии представляет архитектуру польских католических храмов XVIII века с элементами барокко. В конце XVIII века прихожан в Рашкове насчитывалось 12 армянских и 37 польских семей. В XIX веке приход с часовней в с. Загнитков насчитывал в 1825 г. 915 верующих. В 1847 г. - 724, в 1858 г. - 792. В конце XIX-го века в Рашкове и относящихся к приходу селениях и местечках проживало 1160 католиков. История католиков советского периода трагична. Святыню грабили и закрывали дважды в 30-е и в 1948 годах. Церковное имущество, в том числе запрестольная икона Святого Каэтана, написанная в начале XVIlI-ro века, утрачено. Храм использовался местными властями вначале как столярная мастерская, а после реставрации в нем пытались открыть картинную галерею. Наступившая в СССР политическая и идеологическая перестройка позволили приступить к воссозданию прихода. В руководстве общины находились Владимир Борейко, Анна Кривицкая, Анеля Стебляк, Мария Червинская, Михаил Врещ, Зося Грудка.

 

Рыбница

Рыбница - городок в Подолье, на левом берегу реки Днестр, был основан в конце XVII века владельцами этих земель - польскими магнатами Конецпольскими. После трех разделов Польши между Австрией, Пруссией и Россией, Подолье, в числе других земель, отошел в состав Российской империи. Б начале XIX веке Рыбница известна как частновладельческое местечко Подольской губернии, принадлежащее помещику Ивану Кожуховскому. В 1815-1817 годах он построил в Рыбнице римско-католическую церковь, освященную епископом Луцко-Житомирским Кириллом Любовидским во имя Святого Иосифа. Ктитор построил также дом для священника, часовню на кладбище, завещал приходу землю под кладбище, пахотные земли и другие угодья, инвентарь для обработки земли и финансовые средства. Архитектура старого рыбницкого храма была типична для католических храмов Восточной Польши XVIII - первой трети XIX веков. Постройка была небольшая, каменная, в плане прямоугольная, фасад украшен портиком с колоннами, который завершался фронтоном. В тимпане фронтона находилось окно. После того как в 1856 г. по обеим сторонам пресвитериума были достроены ризница и кладовая для церковных предметов, церковь в плане стала представлять форму креста. Интерьер этой однопрестольной с ризницей, хорами и четырехголосым органом святыни был классически прост. Алтарь - большой с каменным престолом и деревянными колоннами (возможно пилястрами), которые были окрашены, а капители покрыты позолотой. В алтаре находилась икона, изображающая Святое семейство в золоченой раме. Иконы, упоминаемые в церковных описаниях, в основном «живописные на полотне». Здание храма разрушено в годы советской власти, утварь и иконы утрачены. Приходские книги уделенных таинств сохранились частично и находятся в Каменец-Подольском городском государственном архиве. В составе Рыбницкого прихода в XIX веке находились три местечка и более 30 деревень, всего в 1825 г. количество верующих составляло 1.115 человек, в 1826 г. - 965, в 1852 г. - 544, в 1862 г. - 599 верующих». Приход действовал и после установления советской власти на территории левобережного Приднестровья, но в 1936 г. церковь была разгромлена комсомольцами. Настоятель, отец Антоний Ведегис, являвшийся в то время и балтским деканом, был арестован. Храм ко времени 2-й Мировой войны был разрушен.

Орхей

Католический костел был построен в 1904-1915 г. на средства Чезарины Долива-Добровольской, владевшей поместьем в Бравиченах недалеко от Оргеева, и принадлежавшей к древнему дворянскому роду. Подробнее см. :  CENTENARUL BISERICII „ADORMIREA MAICII DOMNULUI” DIN ORHEI 1914-2014

 

Церковь в Бессарабии

Православная церковь

краткая история*монастыри*храмы*география*церковные организации*биографии*библиография

Католическая церковь

краткая история*храмы*церковные организации*биографии*библиография

Армяно-григорианская церковь

краткая история*храмы*церковные организации*биографии*библиография

Старообрядчество в Бессарабии

______________________________________________________________________________________________________

Географические сведения*Бессарабия в составе России*Бессарабское общественное устройство*Земство в Бессарабии*Бессарабское дворянство*Церковь в Бессарабии*Бессарабские интеллектуалы*Бессарабская пресса*Пушкин в Бессарабии